Приведенные в заключении Генадвоката тезисы вызывают у экспертов большие сомнения с точки зрения равного отношения к сторонам в арбитраже, недискриминации и обеспечения доступа компаний из РФ к судебной защите. Юристы предполагают, что рассмотрение споров в арбитражах в ЕС потеряет смысл, поскольку российской стороне либо сразу откажут в иске, либо впоследствии отменят положительное решение арбитров в государственном суде. Учитывая, что фактически продолжать и вести арбитражные споры в ЕС станет невозможно, юристы ожидают увеличения случаев применения ст. 248.1 и 248.2 АПК.
За прошедший год количество принятых к производству исков и сумма требований по ним снизились. Юристы связывают это с тем, что разбирательства, вызванные уходом иностранных компаний, завершили еще в 2022-2024 годах, так как стороны своевременно пошли в суд. При этом международные споры, напротив, стали более распространены. Вмести с ними расширилась и география сторон. Тенденцию объясняют тем, что решения зарубежных арбитражей трудноисполнимы в РФ. Статистика также отражает расширение категорий споров и рост востребованности региональных отделений Арбитражного центра при РСПП.
В прошлом году МКАС получил 923 иска, 337 из которых — по международным спорам. Это второе рекордное значение за всю историю арбитражного института. Юристы отмечают, что российские стороны все чаще отказываются в оговорках от привычных иностранных форумов в пользу российских из-за санкционного давления. Кроме того, привлекательности МКАС способствуют более низкие ставки сборов в сравнении с иностранными институтами.
Во время Дубайской арбитражной недели Право.ru узнало у Джехад Казим, директора Дубайского арбитражного центра и первой женщины из ОАЭ, которая заняла руководящую должность в крупнейшем арбитражном институте Ближнего Востока, чем эта неделя отличается от прошлогодней и какую роль играет Дубай в формировании системы международного арбитража. Кроме этого, директор DIAC поделилась своим взглядом на будущее арбитража и рассказала, какие факторы влияют на развитие всей системы.
Во время Дубайской арбитражной недели инхаусы, консультанты и представители арбитражных центров поделились советами о том, как выбрать подходящий форум для разрешения споров между бизнесом и государством. Эксперты отметили, что предпочтение стоит отдавать арбитражу, поскольку это более нейтральный и сбалансированный способ разрешения споров. Но выбор применимого права, места арбитража и арбитражного института зависит от множества факторов, начиная с юрисдикции, где зарегистрирована компания, и заканчивая перспективами исполнения решений.
Россия активно развивает торговые и инвестиционные отношения со странами Ближнего Востока и Северной Африки. И юристы, сопровождающие такие соглашения, задаются вопросами, как правильно составить договор, какие положения туда стоит включить и к чему нужно быть готовым, если дело дойдет до арбитражного разбирательства. Эксперты из разных стран, в том числе из России, поделились практическими советами и рассказали, на что обратить внимание в первую очередь, как влияет английское право и как суды рассматривают санкции.
Часто для взыскания денег кредиторам приходится искать конечного бенефициара, у которого есть активы. И если дело дошло до арбитража, то может потребоваться привлечь такое лицо в процесс. Но это добавляет сложностей арбитрам и несет дополнительные риски для сторон. Что еще нужно учитывать перед привлечением третьих лиц в арбитраж, какие подходы используют суды в разных правовых системах для привлечения к ответственности бенефициаров и какие инструменты используют для их поиска? Все это эксперты обсудили на одной из сессий Дубайской арбитражной недели.
На одной из сессии Дубайской арбитражной недели юристы обсудили европейские санкции и их влияние на международный арбитраж, в том числе с участием россиян. Текущая обстановка и регулирование говорит о том, что арбитраж перестал быть самостоятельным и его больше нельзя называть абсолютно нейтральной площадкой для разрешения споров. При этом введенные меры ЕС могут навредить и самим европейским странам, так как иностранные инвесторы из других стран уже оценивают, насколько безопасны действующие соглашения.